Любое общественное потрясение влечет за собой множество последствий, одно из них — неминуемый рост преступности. Это происходит неизбежно — разрушаются старые государственные институты, в том числе обеспечивающие порядок. Тема преступности в революционном 1917-м году рассмотрена не очень подробно или достаточно однобоко

Прежде всего надо определиться с тем, что преступления в наши дни и сто лет назад несколько отличались по своему характеру, соотношение разных преступлений было совсем другим, чем сейчас. Наслоение феодальных пережитков и развивающегося капитализма способствовало разноплановости преступлений и правонарушений. Погромы крестьянами помещичьих усадеб и революционный терроризм соседствовали с возросшим числом краж, подлогов, случаев мошенничества, ухода от налогов и другими преступлениями, связанными со становлением капитализма.

В начале ХХ века в России сложилась уникальная криминогенная ситуация: наряду с традиционными преступлениями большое распространение получил революционный террор и нападения на различные частные и государственные объекты радикально настроенных групп. В годы революций эти два направления зачастую пересекались и были неотделимы: разгром тюрем или разграбление архивов полиции и жандармерии можно было классифицировать и как уголовное преступление, и как революционную активность восставшего народа. Многие лидеры уголовного мира с энтузиазмом участвовали в революционных событиях, видели в них свою выгоду.

Именно этот феномен стал предметом исследования в этой статье. Другой темой является проблема поведения людей, внезапно получивших неограниченную свободу после нескольких столетий жесткой авторитарной  власти. Кроме того, мы решили дать небольшой экскурс в историю преступности в начале XX века, упомянув самые важные приметы того времени.

Фотограф И.И. Рогалев снимает уголовных преступников для досье. 1907 год. Источник

Российский преступный мир, как уже было сказано, серьезно отличался по своей структуре и деятельности от современного криминала. Изначально он сложился на основе корпораций нищих и попрошаек, начало этому процессу было положено в XVIII в. В XIX в.в этой среде появилось множество различных «специальностей». Именно кражи, совершаемые множеством способов (карманники, домушники и т.д.), а в более позднее время еще и мошенничество были самыми распространенными видами преступлений в царской России. К началу XX в. насчитывалось около 30 разновидностей воров. Грабежи и убийства случались гораздо реже, в сравнении с последующими эпохами – сказывалась сильная религиозная составляющая в сознании людей – лишать человека жизни было тяжким грехом.  Соответственно, убийцы были наименее авторитетными в тюремной среде.

Справочник для полиции с фотографиями профессиональных преступников по категориям. Источник. 1903 год.

Справочник для полиции с фотографиями профессиональных преступников по категориям. Источник. 1903 год.

Справочник для полиции с фотографиями профессиональных преступников по категориям. Источник. 1903 год

Справочник для полиции с фотографиями профессиональных преступников по категориям. Источник. 1903 год.

Справочник для полиции с фотографиями профессиональных преступников по категориям. Источник. 1903 год.

Справочник для полиции с фотографиями профессиональных преступников по категориям. Источник. 1903 год.

Справочник для полиции с фотографиями профессиональных преступников по категориям. Источник. 1903 год.

Если проследить статистику преступлений в начале ХХ века, то кражи действительно были на первом месте с большим отрывом среди других преступлений. В 1909 г. по всей России было 125 201 кража, на втором месте располагались грабежи, которых в тот год было совершено всего 41895, на третьем  — убийства, которых в том году произошло 30940. Разрыв действительно впечатляет, при чем количество краж росло с годами очень быстро – в предвоенном 1913 г. их уже было 167755 (прирост на 1/3), в то время как количество ограблений и убийств увеличилось всего на несколько  тысяч.  Объяснить это легко – заниматься бандитизмом очень опасно, сроки за это давали большие, а в тюрьме за это тоже уважать не будут. Кроме того, за такие преступления вполне могли и повесить, что было практически невозможно при аресте за кражу на улице  кошелька или драгоценностей.

Сборник «Преступный мир и его защитники», вышедший в Петербурге в 1902 г., приводит примеры самых необычных и интересных преступлений, совершаемых в те годы в Российской империи. Насколько можно судить по приведенным данным, наиболее частыми действительно были преступления против собственности: кражи, ограбления, а также вымогательство, мошенничество. Налицо типичная картина, возникающая при поляризации общества.

В тюрьме и на каторге существовала своя иерархия. Например, в одном из вариантов такой иерархии высшую касту составляли «иваны», ниже шли «храпы», еще ниже «игроки», а самыми бесправными были «кобылки», «шпана». Столь необычные имена они получили благодаря характерным особенностям. «Иванами» называли наиболее авторитетных, бывалых уголовников, которые, как правило, называли себя на допросах «Иванами, родства не помнящими». «Храпы» «храпели» на начальство, они были недовольны любыми приказами сверху, в то же время они часто выступали в суде в защиту других заключенных или подделывали судебную документацию.  «Игроки», как ясно из названия, занимались прежде всего карточным шулерством, что процветало в Российской империи в огромных масштабах.

Ежегодно осуждалось около 2 миллионов человек, что, однако, не являлось каким-то феноменом —  в других странах Европы процент осужденных в соотношение с численностью населения был еще выше.

Каторжники, прикованные к тачкам. Источник

Ситуация начала меняться в годы Первой мировой войны.

Обращает на себя внимание статистика количества заключенных в годы перед революцией. Так в 1912 г. в тюрьмах было 183 949 человек, в 1914 г.- 177441, а на 1 мая 1916 г.- 137333. Снижение количества арестантов в среднем на 50 000 человек не может быть случайностью. Профессор М.Н.Гернет связывает это с запретом на продажу алкоголя с началом войны. С другой стороны, неизбежной реальностью была отправка осужденных в армию.

Действительно, количество некоторых преступлений в годы войны сократилось – если принять 1911 г. за 100 %, то политические преступления в годы войны составляли 40 с небольшим процентов от названного года, случаи разбоя и грабежа также стали встречаться гораздо реже – к 1916 г.они составляли 48 % от уровня 1911 г. Самым спокойным можно считать 1915 г., когда их количество упало ниже показателей 1911 г. (в то время как в 1912-1914 гг.оно только возрастало: напр., в 1913 г. оно составляло 112 % от 1911 г.) Однако количество краж неизменно вызывает удивление историков – оно выросло за годы войны в 1,5 раза. Этот феномен уникален – везде в случае войны и запрета на продажу алкоголя воровства становилось гораздо меньше. Тем не менее показатели тайного похищения имущества росли очень быстро. Это можно объяснить наступившим уже  в 1915 г.продовольственным дефицитом, резким обнищанием населения и огромным наплывом дезертиров в крупных городах. В 1915 г. сыскное отделение зафиксировало 6072 случая воровства против 5837 в 1914г. В Москве в этом же году было 4198 краж. Количество убийств с целью грабежа в Петрограде в 1916 г.составляло 44 случая, а за год до этого- 11.

Из  12556 правонарушений в 1915 г.было раскрыто только 2705.

Нищий в Москве. 1900-е

Росла преступность среди несовершеннолетних. За первые 3 месяца 1916 г. было арестовано 1075 детей, а за указанные месяцы в 1915 г. было всего 541. Дети, оставшиеся без отцов в бедневших семьях, легко становились преступниками, воры всегда ценили такие кадры  — ребенок может залезть туда, где не поместится взрослый человек, подозрений они вызывают меньше.

Очевидно, что такие данные свидетельствуют не только о росте преступности, связанном с революцией – резкий скачок в количестве уголовных дел начался еще в 1916 г. Причинами это могут являться дефицит продовольствия, дезертирство с фронта, ослабление режима. Что касается дезертирства, то 1,5 млн людей, бежавших с фронта, неизбежно приближались к криминальному миру.

Организация правопорядка в обществе и численность полицейских и жандармов во многих городах оставляла желать лучшего в царское время. Многие районы были практически не контролируемы полицией, количество городовых было минимально. Раскрываемость также оставляла желать лучшего: например, из  12556 правонарушений в 1915 г.было раскрыто только 2705.

Во многих газетах печатались сведения о плохой работе полиции, например, в январе 1917 г.многие газеты пишут о таком случае: «Во время перевода в тюрьму арестованного накануне Нового года конторщика В. Петрова, совершившего хищение 130 000 рублей <…> Последний скрылся от сопровождавших его конвойных».

Новая народная милиция так же страдала множеством недостатков, причем появилось огромное количество мошенников, которые задерживали и обыскивали людей под видом новых служителей правопорядка. Дело приняло такой оборот, что, к примеру, градоначальник и начальник гарнизона Ростова-на-Дону прямо разрешили гражданам оказывать сопротивление всем лицам, которые пытаются арестовать их, не предъявляя доказательств своей службы в милиции. Интересно отметить, что именно в Ростове-на-Дону 25 апреля 1917 г. было создано «Общество помощи бывшим уголовникам», на его съезд были приглашены бывшие и настоящие преступники, им даже одно время выделяли средства, чтобы они начали новую честную жизнь.

В дни революции. Полицейский участок в огне. Художник — А. Максимов. Журнал «Нива».

После революции количество краж резко возросло. В марте и апреле 1916 г.краж в Москве было 992 и 995, а в марте и апреле 1917 г.  – 1625 и 1357 соответственно. Больше всего стало краж в Пятницком участке (62 в 1916 г. и 161 в 1917 г.), в Сущевском участке (145 и 328), в Тверском (154 и 316).

Убийств в марте и апреле 1916 г.было 6, а в те же месяцы 1917 г.- 23.

А вот статистика количества уголовных дел у следователей Москвы и Московского уезда. В 1911 г.их было 8654 в Москве и 1860 в уезде, в в 1914 г.- 8703 и 1594, а в 1916 г.- сразу 12289 и 2451 соответственно. За 4 месяца 1917 г.было заведено 5189 уголовных дел в Москве и 7783 в уезде.

Если в апреле в Петрограде произошло 190 краж, то в мае их было уже 699, в июне 778, в июле 857, в августе 1277. Наибольшее число преступлений приходилось на центральные районы города, где проживало и бедное, и богатое население. Уголовники и дезертиры занимали гостиницы и рестораны, превращая последние в свои укреплённые базы.

Действительно, количество ограблений, убийств по всей стране резко выросло. В газетах все чаще появлялись известия о страшных преступлениях, таких как, например, убийство всей семьи богатого крестьянина Степаненко в Харьковской губернии («Утро России», 22 марта 1917 г.)

Весьма интересно обратиться к вопросу отмены смертной казни в 1917 г. Профессор М.Н.Гернет писал в своей брошюре «Революция, рост преступности и смертная казнь» о том, что русский народ с воодушевлением воспринял отмену смертной казни 18 марта, да и сама Февральская революция прошла относительно бескровно. Он утверждает, что даже воры и пьяницы с Хитрова рынка преисполнились решимости участвовать в утверждении нового порядка, отказывались принимать спирт, которым их всегда спаивала полиция.

Кабак на Хитровке. До революции.

Это очень интересная история, ярко характеризующая настроения тех дней.  Об этом случае писали «Московские ведомости» от 18 февраля : «Любопытный инцидент разыгрался на Хитровом рынке. Переодетые полицейские стремились стушеваться с обывателями Хитровки (огромный криминогенный московский район, на котором находился рынок краденого, бордели и другие злачные места – прим.), обещая за молчание много настоящей водки. Хитровцы изъявили согласие и отправились в «тайное место», где полицейские прятали конфискованную водку. Узнав, где водка, хитровцы связали переодетых полицейских и отправили их в Думу, где передали дежурным с указанием тайного водочного склада. Вручив полицейских дежурным, хитровцы заявили: «Вот наш дар новому правительству. Поверьте, что мы ничем не нарушим порядка в высокоторжественные дни великой революции. Даже мы, хитровцы, понимаем переживаемый момент. Может быть, если бы это все случилось двадцать лет назад, многим из нас не пришлось бы предстать перед вами в таком виде. И быть может, среди избранников были бы и мы». Хитрованцев пригласили войти в Думу, но они отказались: «Пойдем охранять наши углы, как бы там без нас не сбили слабых на алкоголь»

Однако отмена смертной казни являлась одной из важнейших причин разгула преступности в революционном году. Отмена в апреле Временным правительством ссылки дала еще большую иллюзию безнаказанности для людей, склонных к преступлениям.

После Февраля в Петрограде было освобождено не менее 2000 арестантов и в руки горожан попало не менее 70000 единиц огнестрельного оружия. В целом по стране амнистия коснулась более 88 тыс. заключенных, из которых уголовные преступники составили 67,8 тыс. человек. Общее число заключенных с 1 марта по 1 апреля 1917 г. сократилось на 75%.

Американский посол Д.Р. Фрэнсис следующим образом описывал события, свидетелем которых он был в февральские дни: «Полицейский участок через три дома от здания посольства (на Фурштатской улице. – В. М.) подвергся разгрому толпы, архивы и документы выбрасывались из окна и публично сжигались на улице – и то же самое происходило во всех полицейских участках города. Архивы секретной полиции, включая отпечатки пальцев, описания примет преступников и т. д., были таким образом полностью уничтожены… Солдаты и вооруженные гражданские лица преследовали полицейских, разыскивая их в домах, на крышах, в больницах»

«То, что Петроград сегодня обокран и разграблен, не должно удивлять нас, поскольку из различных тюрем было выпущено около 20 тысяч воров. Грабители получили полные гражданские права и свободно ходят по улицам Петрограда. Офицеры уголовной милиции подчас узнают воров на улице, но ничего не могут сделать»  — так писала газета «Петроградский листок», констатируя ситуацию, сложившуюся в столице весной 1917 г. Примечательно, что цифра выпущенных  из тюрем явно выше упоминаемых обычно данных.

Картина «На страже порядка. Милиционер» Ивана Владимирова. Журнал «Нива».

В.И. Мусаев в своем  исследовании «Петроград на переломе эпох и его жители в годы революции и гражданской войны» пишет еще об одном факторе, ставшем причиной беспорядков и хаоса в городе. Некоторые солдаты тыловых частей, принимавшие участие в февральских событиях, в казармы так и не вернулись. К ним присоединялись дезертиры с фронта. Как правило, все эти люди были вооружены. К середине 1917 г. в городе скопилось от 50 до 60 тысяч дезертиров.

Крупным фактором, способствовавшим разгулу преступности, являлось параллельное существование двух систем охраны правопорядка: они были созданы по инициативе Временного правительства и Совета рабочих и солдатских депутатов соответственно. На этом примере видно, что двоевластие отразилось на всех сферах жизни общества. Рабочая милиция была создана Совдепом в начале марта 1917 г. и набиралась на добровольных началах. А 10 марта Временное правительство ликвидировало Корпус жандармов и приняло постановление об учреждении Временного управления по делам общественной полиции по обеспечению личной и имущественной безопасности граждан (в июне переименовано в Главное управление по делам милиции и по обеспечению личной и имущественной безопасности граждан), а 17 апреля утвердило Временное положение о милиции.

Однако после Июльского кризиса рабочая милиция была правительством ликвидирована как источник опасности для власти.

В городе продолжилась и многократно расширилась традиция самосудов. Первые упоминания о них в  прессе относились еще к 1915 г. Но устойчивым явлением они стали после Февральской революции.

Не отставала и Москва. Известная газета «Утро России» писала 29 июля 1917 г.: «В последние 3-4 месяца в Москве и в одном округе московской судебной палаты был совершен целый ряд выдающихся преступлений – грабежей, убийств, крупных краж и пр. В разных местах округа действовали разбойничьи и воровские шайки, прекрасно вооруженные и организованные. Многие преступления волновали все население и даже вызывали зверские самосуды.

Рисунок В. Сварога «Дезертир». Журнал «Огонёк».

Борясь с самосудами, и милиция, и представители Совета Рабочих Депутатов, и лица судебного мира заявляли взволнованной толпе, что преступники будут отданы в руки правосудия и быстро понесут наказание по закону. Однако, дни проходят за днями, месяцы за месяцами, а суда ни по одному из этих преступлений еще и не назначено.

Последней каплей для правительства стало ограбление бандой некого Дружа кассы игорного дома на Морской улице, где имели обыкновение собираться правительственные чиновники, 16 апреля 1917 года Временное правительство издаёт постановление о создании Петроградского столичного управления уголовного розыска, подчинив его деятельность комиссариату юстиции. В тот же день вышло распоряжение градоначальника:

«В целях борьбы с уголовными преступниками в Петрограде открыла свои действия уголовная милиция, на обязанности коей лежит принятие мер к ограждению жизни и имущества граждан от посягательств преступного элемента и розыск виновных и похищенного. Сотрудникам сыскного отделения, покинувшим город в дни февральской революции, предписывается немедленно возвратиться в Петроград и приступить к своим обязанностям по борьбе с преступностью»

После возвращения в строй старых кадров сыскного отделения, имевших богатый опыт борьбы с организованной преступностью.

Самосуд. Из журнала «Огонёк».

Вслед за этим произошло важное для уголовного мира событие. По инициативе уже упоминавшегося грабителя  Ваньки Банщика (судя по кличке — вокзального вора: от жаргонного «бан» — вокзал) вскоре состоялась представительная сходка налётчиков, карманников, фальшивомонетчиков, домушников и других не менее «авторитетных» «светил» преступного сообщества. Цель — выработка методов борьбы с уголовным розыском. Собрались уголовники в Александро-Невской лавре.

В результате было принято решение о  необходимости  уничтожить архивы уголовного розыска, оставшиеся ещё с царских времён. Там хранились отпечатки пальцев «уркаганов», сведения о судимостях, уголовном «почерке» (методах работы преступника) и т. д. Проведение операции поручили налётчику Каримову и карманнику Блинову.

Однако осуществить задуманное уголовникам удалось лишь 29 октября 1917 г., то есть после большевистской революции. Это стало крупным ударом по правосудию в Петрограде, но лишь ненадолго затормозило борьбу с преступностью.

Преступность в революционном году побила все рекорды, ее разгул стал одним из самых масштабных за ХХ век в русской истории. Вместе с тем причиной этого стали не только явные ошибки Временного правительства, но и чувство огромной свободы, которое ощутил народ после Февральской революции. К сожалению, плодами этой свободы воспользовались не только бывшие угнетенные слои населения, но и огромное число уголовников, почувствовавших безнаказанность. Разгул бандитизма и остальной преступности после Октября 1917 г.только увеличился, и только жесткими мерами террора и налаженной работы в началу 1920-х гг. большевикам удалось обеспечить относительное спокойствие в обществе.

Что почитать:

Рабочие в 1917 году: почему они восстали

После монархии. Как Россия провела первую революционную весну

На изломе. Общественная атмосфера Февраля

Ерещенко Д.Ю. Преступность в Петрограде в 1914-1917 гг.

Мусаев В.И. Петроград на переломе эпох. Город и его жители в годы революции и гражданской войны.

Остроумов С.С. Преступность и ее причины в дореволюционной России.

Автор статьи:

Алексей Мишин