В субботу (27-го) совет Университета постановил дать мне степень доктора истории русского права honoris causa. После доклада Филиппова говорил Богословский, выступление которого имело смысл не совсем удачного самооправдания. Ему возражал Кизеветтер. Затем вопрос решен единогласно. В том же заседании Алексей Иванович избран в экстраординарные профессора.

Я так утомлен и разбит от всего переживаемого, что не испытываю той радости, которую испытал бы раньше. В воскресенье был у Алексея Ивановича [Яковлева], где провели вечер с Петрушевским, Кизеветтером и Львовым.

[…]

Теперь для меня уже несомненно, что роль России, как великой европейской державы окончена. Из войны она выйдет разоренной, истощенной, урезанной и опозоренной. Колосс, как говорили немцы, действительно оказался колоссом на глиняных ногах! Упадок уже наметился и стал для меня ясным в последнее пятилетие перед русско- японской войной. Уже эта война подорвала положение России. Испытания последней войны она не вынесла. То, что происходит сейчас, не дает возможности определить ту бездну позора, разорения и унижений, которая ожидает нас.

Вот — когда можно сказать, что закончилась глава русской истории и начинается новая.

Подавляемое протестует и готово, кажется, прорваться с неожиданностью, которая поразит не только меня. Я говорил, что раньше я жил быстрее, а теперь, видно — к старости, все протекает во мне медленнее, но, может быть, глубже, где-то задавленное годами прошлой пустоты, разочарований и бесплодных прорывов. Она заметила задумчиво: а может быть «быстрее» лучше, т. к. мысль и анализ тут неуместны, не нужны. Что это? так замечание, или естественный плод ответных переживаний?

С. Б. Веселовский — российский историк, археограф.

С. Б. Веселовский. Дневники 1915-1923, 1944 годов // Вопросы истории №2, 2001. С. 91.