Конечно, граждане, вас не может интересовать, что же хотим мы, где мы видим скрытую и самую страшную опасность, куда мы зовем разум и совесть народа нашего, куда? Это, конечно, граждане, армия, это, конечно, та великая надежда и та единственная сила, которая в великом единении с волей народа и с Временным Правительством есть ultima ratio, есть последний разум, последний долг. Всем, кто доводам совести и разума не внемлет, и вам, представителям демократии, это особенно нужно знать. Мы видим, как, быть может, наверное даже, в большинстве своем искренние, но не освещенные государственным разумом и действительной, до безумия любовью к родине течения не приблизили желанного мира, а отдалили его в неизвестное будущее, потому что к грехам самовластия, к недостаткам управления они прибавили свою часть, свою долю развращающего армию призыва забыть общее и целое во имя частного и часто во имя собственной драгоценной, но презренной жизни.

Мы, опираясь на демократическую вооруженную силу, на революционную волю и на свободное заявление народа нашего, мы пришли в мир с высоко поднятой головой и мы остались там, как равные с равными в великом бою и на смертном пиру народов великой Европы. Но пришли мы туда со своим словом и со своей волей, и бойтесь, чтобы эти удары по армии, эти удары по воле и авторитету суверенной верховной власти народа российского, чтобы они не пробили брешь в самых идеях, за которые мы боремся, и не открыли ворота ненавистникам идеи свободы, которую, вы думали, мы плохо защищаем. Мы хотим и мы добьемся, чтобы никто не смел считать Российскую державу на втором месте в хоре мировых государств. Мы милости не просим и в снисхождении не нуждаемся. Но во имя этой авторитетной силы, клянусь вам, кто бы ни наносил удары, кто бы ни усиливал возможности позора нашего, он встретится там с теми, кто не боится и не бежит от пулеметов.

1)Государственное совещание. М.-Л.:Центрархив, 1930. С. 10

 

   [ + ]

1. Государственное совещание. М.-Л.:Центрархив, 1930. С. 10