Приближается к концу год столетия революции, и не найдется, наверное, ни одного читателя печатных или электронных СМИ, зрителя телевизионных каналов или роликов в интернете, кто не смог хотя бы один раз натолкнуться на историко-популярный материал, посвященный революционным сюжетам начала XX века. Среди публикаций самых разных жанров и тем нередко можно увидеть личную позицию авторов и их попытки актуализировать события прошлого и провести параллели с настоящим. Но всегда ли потребность поговорить о насущном при разговорах о юбилеях исторических событий выступает на первый план? Автор данной статьи решил полистать подшивки газет и журналов 1987 года – года 70-летия Великого Октября – и поделиться своими наблюдениями за тем, каким был «юбилейный» взгляд на революцию 30 лет назад.

На первый взгляд революционная годовщина была традиционным советским официальным праздником с присущими ему элементами в виде парада, демонстраций и иных публичных мероприятий.

Газета ЦК КПСС «Правда» в ноябре была полна торжественных панегириков в адрес Октября, извлеченных из официальных документов, средств массовой информации, обращений и писем официальных лиц.

Первая полоса праздничного номера. Правда. 7 ноября 1987 г.

Отрывки из обращений политических лидеров Болгарии (слева) и Вьетнама (справа). Правда. 7 ноября 1987 г.

Правда. 7 ноября 1987 г.

Без освещения позиции партии и государства нельзя представить и газету «Известия».

Первая полоса праздничного номера. Известия. 7 ноября 1987 г.

Публикация постановления ЦК КПСС «О подготовке к 70-летию Великой Октябрьской социалистической революции». Известия. 14 марта 1987 г.

Впрочем, две главные официальные газеты не ограничились сухим языком поздравлений, который в 1987 году можно было отличить от официоза предыдущих десятилетий лишь некоторыми вкраплениями новых лозунгов о необходимости перестройки, ускорения и демократизации. В «Правде» и «Известиях» мы находим и периодические историко-популяризаторские материалы, нередко объединенные в формат небольших рубрик или циклов. Так, раз в месяц в рубрике «Календарь революции» «Правда» публиковала небольшую статью, отсылающую к ключевому событию соответствующего месяца 70-летней давности: в апреле В. Старцев писал об апрельских тезисах Ленина, в июне заметка Б. Шугунова была посвящена I съезду Советов, а в сентябре В. Логинов затрагивал вопросы корниловского мятежа.

Правда. 11 июня 1987 г.

Правда. 30 сентября 1987 г.

Похожие рубрики – «Пролог Октября: факты, события, люди» и «Так мы начинали» – вели «Известия», издав впоследствии газетные заметки этих разделов отдельной книгой.

Статья Р. Армеева. Известия. 13 марта 1987 г.

Известия. 2 ноября 1987 г.

Публикации в прессе 1987 года, освещающие события революции, не выходили за рамки официальной интерпретации прошлого – перестроечный плюрализм мнений только развивался и пока что не позволял двояко трактовать значение Октября. Так, Юрий Афанасьев в интервью газете «Московские новости» («Часы с боем. О мужестве революционера идти до конца»; 1987, № 45) говорил о необходимости «окончательно преодолеть вульгарную, антинаучную схему истории Октября и становления советского общества», но фактически его оценка роли Ленина в революции и самого значения революционных событий не отличалась в указанном интервью новизной. Павел Волобуев, в последующие годы ставивший вопрос об альтернативах Октябрьской революции (пусть и не делая реверансов в их пользу), даже не упоминал о позициях оппонентов большевиков в достаточно тенденциозной статье газеты «Правда» («Великий Октябрь и исторические судьбы нашей Родины»; 1987, № 86, 27 марта).

Правда. 27 марта 1987 г.

Очень часто, однако, в газетах и журналах юбилейного года даты «1917–1987» становились поводом не для циклов по истории революции, а для актуального разговора на интересную авторам тему, где 1917 год был отправной точкой 70-летней советской истории. Эта актуализация юбилея особенно заметна в специализированных изданиях. Журнал «Человек и закон», например, затронул в ноябрьском выпуске проблему истоков советского правосудия и дал краткий обзор истории советского суда.

Человек и закон. Ноябрь 1987 г.

Журнал «Искусство кино», не считая небольшой исследовательской публикации статьи А. Луначарского «Кино Скобелевского комитета» 1917 года, соприкоснулся с революционной тематикой так же косвенно: автобиографией советского режиссера Дзиги Вертова, бывшего в молодости свидетелем революции, рецензией на фильм «Октябрь» Сергея Эйзенштейна и другими подобными отсылками.

Искусство кино. Ноябрь 1987 г.

Безусловно, упоминание о юбилее революции могло и не быть вопросом выбора прессы – главный праздник страны должен был так или иначе присутствовать в повестке дня. Вместе с тем стоит отметить, что исторических научно-популярных изданий в 1987 году в СССР еще не появилось, да и свободное обсуждение дискуссионных вопросов истории станет возможным чуть позже. Но, пожалуй, была еще одна причина, по которой под заголовками «1917» и «70 лет Октябрю» могли скрываться статьи, лишь условно приуроченные к юбилейным событиям: символика революции воспринимались обыденно, как часть настоящего. Во время ноябрьских мероприятий 1987 года на торжественном заседании ЦК КПСС, Верховного совета СССР и Верховного Совета РСФСР Горбачев сделал доклад под символическим названием «Октябрь и перестройка: революция продолжается», которое словно «осовременивало» революцию 1917 года, приближая ее к настоящему дню.

В «Литературной газете» вскоре после публикации доклада Горбачева у нескольких известных публицистов взяли краткое интервью в рамках рубрики «70. 1917–1987», и на этом примере можно видеть, как акцент с обсуждения 70-летней истории был полностью перенесен на проблемы современности: обсуждение «семидесятилетнего нашего пути» терялось среди вопросов о перестройке и гласности.

Литературная газета. 11 ноября 1987 г.

Популярный молодежный журнал «Смена» в 1987 году вел рубрику «Уроки революции: современное прочтение», в которой каждая публикация представляла собой интервью с героями труда и передовиками производства; рубрика, всегда начинавшаяся с небольшого изображения Ленина, не имела при этом отношения ни к истории революции, ни к Ленину. Интервьюируемые рассказывали о себе, о своей профессии, и исторические образы революции и Великой Отечественной войны были лишь моральными символами в контексте их жизненных размышлений.

Смена. 1987. № 14, 21.

Одним из самых интересных примеров актуализации истории были статьи журнала «Огонек», где в 1987 году так же появилась «юбилейная» рубрика – «1917–1987». В основном она состояла из исторических материалов, и в первом же выпуске за год устами академика И.И. Минца журнал ставил вопрос о «снижении активности нашей отечественной науки в разработке назревших проблем истории Октября и гражданской войны» («Оружие не менее острое…»; 1987, № 1). Но и здесь читатель мог столкнуться с большим разбросом тем, порой выходивших далеко за пределы революционных лет – вплоть до истории запуска первого искусственного спутника Земли или биографического очерка советского летчика Михаила Громова.

Примеры публикаций из рубрики «1917–1987» журнала «Огонек». 1987. № 16, 25, 33, 40.

Биографический жанр стал наиболее популярным в рамках рассматриваемой рубрики. Героями «Огонька» успели побывать как участники и свидетели революции, так и деятели последующих эпох: Василий Чапаев, Александра Коллонтай, Феликс Дзержинский, Максим Литвинов и даже Александр Довженко и Сергей Королев. В данном ряду сложно выявить какую-то закономерность.

Примеры публикаций из рубрики «1917–1987» журнала «Огонек». 1987. № 5, 37.

Но некоторую тенденцию исторической публицистики «Огонька» с середины 1987 года можно выделить. Не снимая «юбилейного» значения раздела, редакция стала постепенно публиковать в нем биографические очерки советских деятелей, ставших жертвами репрессий в сталинские годы. Для многих читателей имена и судьбы Валериана Оболенского (Н. Осинского), Федора Раскольникова, Константина Акашева действительно были открытием. Наиболее «пробивной» фигурой, к которой журнал «Огонек» и другая перестроечная пресса обращалась затем не один раз, стал Николай Бухарин; публикация воспоминаний его вдовы («Он хотел переделать жизнь, потому что ее любил»; 1987, № 48) вызвала настоящую дискуссию между несколькими журналами, развернувшуюся уже в следующем 1988 году.

Биографии репрессированных революционеров сопровождались гуманистическим посылом о необходимости памяти. «Память об ушедших – вечная эстафета человечности. Никто не должен исчезнуть бесследно…» («Память»; 1987, № 11). Несмотря на отсутствие радикально критических характеристик сталинского времени «юбилейный» настрой очевидным образом разбавлялся настроем драматическим. Можно ли предположить, что этот настрой невольно переносился читателями и на весь заголовок рубрики – «1917–1987»? Дальнейшее усиление критической составляющей в исторической публицистике перестройки позволяет с этим согласиться. В журналистике нередко говорят о приеме «ложной повестки» («false agenda»), который позволяет под «соусом» одной темы фактически вести речь о другой, более актуальной для автора.

Примеры публикаций из рубрики «1917–1987» журнала «Огонек». 1987. № 26, 48.

Как отмечала редакция «Огонька», ей хотелось и «в дальнейшем вести в журнале раздел, посвященный эпохе рождения и формирования советского общества». Уходившее «70-летие Великого Октября» лишь подтвердило требование «создания честных и мужественных работ по истории советского общества, раскрывающих героику событий и их драматизм» («Продвижение к правде»; 1987, № 47). Нетрудно вспомнить, что уже вскоре после 1987 года героика истории революции постепенно сменилась и даже была перечеркнута драматизмом, но в юбилейный год обе тенденции – уходящая советская и только-только зарождающаяся новая, постсоветская – еще мирно сосуществовали.

Так продолжаем ли и мы сейчас, говоря о столетии 1917 года, отбирать актуальные для нас сюжеты богатого исторического прошлого субъективно, исходя из современных интересов?.. Скорее всего, внимательный взгляд со стороны выявит эту особенность исторического общественного сознания – точно так же, как эту особенность можно увидеть при чтении «юбилейной» прессы тридцатилетней давности.

Читать также: 

«Наше политическое восприятие такое же, что и у крестьян столетней давности»

Последняя осада Кремля

Современная художественная литература о Революции. Возвращение в 20-е годы? 

Автор статьи: 

Виктор Кириллов